главная
поиск
Вышла в свет книга: "Петр Козорезенко- жанровая картина".
Вышла в свет книга: "Петр Козорезенко- жанровая картина".
Главная
Публикации
О художнике
Гостевая книга
Живопись
Графика
Фотогалерея


Пётр Козорезенко (младший)
Публикации - Книги и альбомы
Книга «Жанровая картина в произведениях П.Козорезенко». 2013 г.

МАСТЕРСТВО ХУДОЖНИКА

Пётр Петрович Козорезенко художник широкого диапазона. Главное в его творчестве – живопись, в которой он создал значительные работы во всех жанрах: сюжетные картины, портреты, пейзажи, натюрморты. Но большое место в его искусстве занимает графика, он создавал также плакаты, книжные иллюстрации, эскизы к кинофильмам. И, кроме того, он педагог и общественный деятель.

Творчество Козорезенко наследует традиции русского реалистического искусства. Он пишет с натуры, создаёт этюды и эскизы к картинам, стремится к психологической разработке характеров, к передаче красоты, находимой им в реальном мире. На протяжении творческого пути у него сложился свой образный мир и стиль. Работы его узнаваемы и лучшие из них производят глубокое впечатление.

Известно, что все мы родом из детства. Детские впечатления, нередко связанные с удивительным открытием мира, дремлют в нас и в зрелом возрасте, порою прорываясь как ностальгические воспоминания, сладкие грёзы или картины забытого прошлого.

П.П. Козорезенко написал в 1986 году триптих «Сон детства». В его центральной части на первом плане гнездо аистов. Возможно, они символизируют семейное начало, воспоминание о родственной близости. Вдали деревенька на берегу реки. Над нею на дельтаплане парит фигурка мальчика. Весь этот пейзаж, данный с высокой точки зрения, как бы увиден его глазами. В левой части триптиха, этот обнажённый, худенький и хрупкий мальчик, парящий на дельтаплане над миром своего детства, дан уже крупным планом, как главная фигура триптиха. Вероятно, это воспоминание художника о самом себе, о своём детстве.

А в правой части триптиха этот же обнажённый мальчик, зябко сжавшийся, стоит на берегу реки, по которой плывет, вероятно, им же пущенный детский кораблик. За рекой видны деревенские дома, стога сена, корова. Рядом с мальчиком собака нюхает сброшенную одежду. И всё это – целостный мир детских воспоминаний художника.

Мальчик в этом триптихе одинок. Он и мир противостоят друг другу и вместе с тем сливаются в едином воспоминании. И только семья аистов напоминает о родственной близости. Но есть ли она у мальчика и в мире вообще?

Написан триптих в темном колорите. Это действительно сон или какое-то ночное видение, приобретающее фантастические черты. Воспоминания о детстве проникнуты тихой печалью. Здесь ощутима не радость былого, а некоторая тоска по нему. И одновременно в этом триптихе передано современное грустное ощущение мира.

К данному триптиху примыкает картина «Память детства», написанная в том же 1986 году. Мальчик на велосипеде рвёт с дерева яблоки, возможно с чужого сада, как это порою бывало в нашем детстве. Казалось бы радостное событие. Но картина тоже написана в тёмных тонах. И потому воспринимается как грустное воспоминание. Художник отдал дань своим воспоминаниям детства. Но детских портретов у него мало. И они написаны вполне в реалистическом духе, при этом в светлых тонах. Триптих «Память детства» – символическое произведение. Выраженное в нём мироощущение проявляется и в других работах художника.

Но символические работы не типичны для Козорезенко. Он создаёт жанрово-бытовые и исторические картины реалистического характера. В жанрово-бытовых картинах запечатлена сельская и городская жизнь в её многообразии. А исторические картины посвящены значительным, иногда переломным моментам в жизни народа России.

Станковая живопись занимает центральное место в творчестве Козорезенко. Он мастер сюжетно-тематической картины. Нередко его работы образуют циклы или серии на ту или иную важную тему. В 1970-1980-е годы он создал ряд произведений на тему русской деревни. Эта тема разрабатывалась и другими художниками (А. и С. Ткачёвыми, В.И. Ивановым и Ю.П. Кугачём). Они стремились к показу преимущественно светлых сторон деревенской жизни. Картины Козорезенко более драматичны: ветхие избушки, пустынные улицы, заброшенные сараи, покосившиеся заборы. Во всем чувствуется любовь художника к родной земле, в некоторых картинах звучит лирическая нота. Но в то же время деревня предстает увядающей, что соответствует исторической правде того времени. Иное дело – люди деревни. Их почти нет в жанровых картинах, в которых деревня пустынна и не населена. Но они предстают в портретах художника. И это, как правило, люди мужественные, много пережившие, наделённые внутренней силой. Особенную ценность представляют сельские пейзажи Козорезенко. В них ясно прослеживается линия русского классического пейзажа, и в то же время индивидуальность мастера. Лирические пейзажи Козорезенко очень многообразны. Природа предстаёт в них в разное время года и суток, как правило, тихой и умиротворённой, созвучной светлым настроениям и мечтательности. Особенно хороши осенние пейзажи, или изображение вечерних, сумеречных состояний природы. Они проникнуты тихой грустью и лирической созерцательностью, заставляющей вспомнить пушкинскую строку: «печаль моя светла».

Но не только деревня, а и город с его архитектурными особенностями, оживлёнными улицами и красивыми уголками, с его повседневной жизнью и праздниками, с индивидуальной мощью его заводов и тихими переулками привлекает внимание Козорезенко. Городам у него посвящены графические и живописные серии. Каждый из городов, словно всесторонне исследуется художником, мысленно обживается им, а потому становится своим, родным, любимым. Таковы серии, посвящённые городам Кашину, Костроме, Севастополю, Львову, Владивостоку и, конечно, Москве.

Последнюю серию я бы особенно выделил по её живописным качествам. Колорит других серий тяготеет к монохромности, что закономерно в рисунках, но не всегда убеждает в живописи. Серия, посвящённая Москве, самая обширная, сюжетно и колористически многообразная. Художник передает старину и новостройки, разнообразные жанровые сюжеты чередуются с панорамами улиц и характерными архитектурными достопримечательностями. А в сериях «Жданов индустриальный», «Московский хлебокомбинат», «Обувная фабрика» и других Козорезенко отдает дань урбанистической теме, показывая причудливую заводскую технику, трудовые будни, людей, владеющей этой техникой и словно сливающихся с ней. Исторические картины передают важные события в русской истории. Таковы живописные триптихи «За веру» (1990-1995) и «Противостояние» (1996-2007).

В триптихе «За веру» правая часть – «Сигнальные костры при набегах неприятеля», средняя – «Первые поморы», левая – «Русь ушедшая». Триптих повествует о драматизме русской истории, о борьбе за православную веру и освоении новых земель, о силе духа людей того времени. Это картины большого размера (130 на 170), монументальные не только по своему формату, но прежде всего по значительности изображённых в них событий и силе людских характеров. В триптихе «Противостояние» – готовые к бою группы Кучума и Ермака. Они показаны не в динамике сражения, как в известной картине В.И. Сурикова, а представляют собою групповые портреты двух вражеских армий. При этом и те, и другие наделены силой духа. Ермаку предстоит столкнуться не с хаотической ордой, а с серьёзным, вооружённым и закованным в латы противником. Он и его окружение погружены в глубокие думы. И тем значительнее будет его победа. Монументальность живописного строя картин подчёркнута их форматом (300 на 400).

К этим триптихам примыкает цикл картин «На новые земли» (1985-1995). Особенно значительна большая картина (190 на 250) «У святого места». Группа воинов держит икону богоматери. Они выступают не как завоеватели, а как подвижники, укрепляющие на новых землях православную веру. П.Г. Козорезенко придаёт своим картинам на историческую тему особенно большое значение. К каждой из них он возвращался по нескольку раз, дорабатывая композицию и живопись, добиваясь выразительности лиц людей, обладающих сильными характерами. В исторических картинах выразилось стремление художника показать корни русского национального характера, его патриотические убеждения и осознание истории как фундамента современной жизни.

Интерес художника к истории проявляется в его костюмированных портретах («Мюнхаузен», «Комедиант» и другие). В них сказалась не только присущая художнику театральность видения прошлого, но стремление постичь сложные характеры людей иных национальных культур.

Художнику не свойственна передача динамики, движения, развития событий. Такие картины у него редки. Многие же его работы напоминают групповые портреты. Это даёт возможность особенно внимательно всмотреться в лица людей, сделать акцент на их психологических состояниях и особенностях характеров.

Один из таких групповых портретов – «Заседание первого Конституционного суда Российской Федерации» (1996). В нём нет триумфальной парадности, а показана будничная рабочая обстановка. Обсуждающие какой-то вопрос судьи умело сгруппированы, образуя волнообразную композицию картины. Эта картина – документ времени и в то же время психологический портрет разнообразных людских характеров.

Сильной стороной творчества Козорезенко является композиция. Этюды и эскизы к картинам показывают как мастер добивался её ясности, стройности и целостности, выделяя главное, уравновешивая центр и его окружение, находя важные характеристические детали и подчиняя их целому.

Столь же целостен и колорит его картин. Они лишены броской эффективности, ярких красок и нарочитой декоративности. В картинах нет ничего лишнего, в том числе и в цвете. Колорит их строг и часто тяготеет к монохромности. Но это соответствует серьёзности содержания, значительности сюжета.

Значительное место в творчестве Козорезенко занимает книжная иллюстрация. Почти все его работы в этой области созданы на рубеже 1970-1980-х годов. В них в полной мере проявилось мастерство художника в рисунке, композиции, колорите. Каждая иллюстрация – целостная картина, изобилующая интересными и значительными деталями, при этом умело скомпонованная, с выделением главного и второстепенного, с ясностью общего плана. Мастерство художника опирается на могучую традицию книжной иллюстрации классиков Серебряного века и отечественного искусства предшествующего периода. Таково общее впечатление от иллюстрационных работ Козорезенко. А теперь о наиболее значимых из них в отдельности.

Иллюстрации к роману И.А. Бунина «Деревня» (1980) выполнены в технике акварели в единой колористической системе, близкой к монохромной. Они содержат многообразные эпизоды деревенской жизни, примыкающие по своему общему характеру к станковым живописным полотнам его деревенской темы. В них та же любовь к деревне и та же печаль, которой проникнуты многие её образы. Здесь мы видим и многолюдье деревенской ярмарки с ясными приметами прошлого века; и тихие погосты; и сквозистую зимнюю рощицу; и полуразрушенные дома; и сцену охоты; мелькают телеги, брички, церквушки, заснеженные хаты и много другое. Всё это воссоздаёт сцены, а главное – атмосферу бунинского романа. Здесь нет крупных планов, портретов и человеческих характеров. Но есть многообразная будничная деревенская жизнь в её повседневном течении, дорогая русскому сердцу, но в чём-то и убогая, и клонящаяся к упадку.

Если иллюстрации к «Деревне» близки к деревенским картинам Козорезенко, то иллюстрации к роману Г. Белых и Л. Пантелеева «Республика Шкид» (1979) близки к его городским пейзажам. Они выполнены акварелью и тушью, но в той же коричневато-охристой, почти монохромной колористической гамме (за исключением двух, выделяющихся светлым общим тоном). Здесь обрисованы многообразные места действия романа: улицы, комнаты, интерьеры собора и других помещений. Но портреты и события отсутствуют. Безупречно композиционное мастерство каждой из иллюстраций.

Очень хороши также иллюстрации к рассказу К.Г. Паустовского «Дождливый рассвет» (1978), повести Ю. Авдеенко «Дикий хмель» (1982), роману Б. Васильева «Не стреляйте в белых лебедей» (1981). Все они выполнены в смешанной технике, но в той же излюбленной художником колористической системе, о которой речь шла в применении к предыдущим работам.

Иллюстрации к рассказу К. Паустовского проникнуты тихой грустью, чувством одиночества, которые свойственны этому «чеховскому» произведению писателя. В них намечена также и передача характеров персонажей. А иллюстрации к роману Б. Васильева поражают удивительным лиризмом и поэтичностью пейзажей, свойственных картинам природы в творчестве мастера. К лучшим работам Козорезенко в данном жанре относятся иллюстрации к роману В. Гюго «Собор Парижской Богоматери» (1979) и к сказке П. Ершова «Конёк-Горбунок» (1980).

В романе В. Гюго собор, вынесенный в заголовок этого произведения, представляет собою своеобразное действующее лицо, с которым соотнесены главные события и от которого неотделим образ Квазимодо. Почти все иллюстрации Козорезенко посвящены именно собору. Он показан в целом и фрагментарно, дан в разных ракурсах. Его колокола и скульптурные химеры выступают словно самостоятельные действующие лица. Почти монохромное изображение (смешанная техника) осуществлено в тёмных тонах. Оно мрачновато, таинственно и фантастично. Здесь царит мистический полумрак, идёт борьба света и тени. Собор предстаёт как некое демоническое чудовище, а образ Квазимодо как одна из его химер.

Всё это очень соответствует по духу образу Собора в романе В. Гюго. Но, к сожалению, персонажей романа (за исключением Квазимодо) и его трагические события художник оставил без внимания. Если бы ими были дополнены картины Собора, то эту серию можно было бы отнести к шедеврам иллюстрационного искусства.

Думается, что таким шедевром являются иллюстрации к сказке П. Ершова «Конёк-Горбунок». От других иллюстрационных серий Козорезенко они отличаются двумя моментами. Во-первых, в них преодолена монохромность и активную роль играет цвет. Вся эта серия отличается цветовым многообразием и колористическим богатством. При этом цвет находится очень точно для любого элемента изображения, а всё оно в целом отличается цветовой гармонией. Во-вторых, здесь художник передаёт не только места действия, но и действующих лиц и события. Мы видим и царя, и царевну, и Иванушку, и Конька, и Жар-птицу, и Рыбу-Кит. Узнаем все события сказки. И всё это передано характеристично, с большим мастерством, свойственным, разумеется, также и композиции каждой иллюстрации.

П.П. Козорезенко по своему базовому образованию художник кино. И это сказалось на его книжных иллюстрациях. В работе художника кино главное – композиция кинокадра и его эмоциональная атмосфера. Актёрские образы и события действия – это дело режиссера. Козорезенко в своих книжных иллюстрациях с блистательным мастерством передаёт именно композицию и эмоциональную атмосферу мест действия, безусловно, созвучно самим иллюстрируемым произведениям. Но портреты и события в его иллюстрациях почти отсутствуют. И потому его иллюстрационные серии мало отличаются от серий эскизов к кинокартинам, над которыми он работал («Мой дед», «Дикий хмель» и других). Исключение составляют иллюстрации к «Коньку-Горбунку» П. Ершова. И потому эта серия представляется в его творчестве выдающимся явлением.

Часто пишет Козорезенко натюрморты, преимущественно цветочные. Жанр этот имеет давние исторические традиции. Кто только из художников не писал цветы. Но именно в натюрмортах, пожалуй, больше всего сказались живописное дарование и индивидуальность художника. Обращает на себя внимание, что он пишет, как правило, не пышные, а скромные, обычно полевые цветы. Нередко даже букеты из трав, колючек, сухих стеблей. Но эти натюрморты совершенны по живописи, полны тонких колористических нюансов. Они воспринимаются словно небольшие лирические стихотворения или музыкальные пьесы во славу скромной, лишённой внешней эффектности, но подлинной красоты.

Мастер находится сейчас в зените своего творчества. Он, безусловно, сделал свой вклад в художественную культуру нашей страны. И мы вправе ждать от него новых свершений в искусстве.

В.В. Ванслов