главная
поиск
Вышла в свет книга: "Петр Козорезенко- жанровая картина".
Вышла в свет книга: "Петр Козорезенко- жанровая картина".
Главная
Публикации
О художнике
Гостевая книга
Живопись
Графика
Фотогалерея


Пётр Козорезенко (младший)
Публикации - Газеты
Московский художник, 15 января 1993. №3

ОБЫДЕННОЕ В РАНГЕ ЭСТЕТИЧЕСКОЙ ЗНАЧИМОСТИ.



Персональная выставка — важный факт творческой биографии каждого художника, а порой заметное событие в общем художественном процессе. Такой стала выставка — дебют Петра Козорезенко в Центральном Доме художника в Москве в начале 1992 года. Состоялось открытие талантливого московского живописца, до сего времени известного лишь в профессиональной среде.

И вот очередная встреча с творчеством этого автора. Петр Петрович Козорезенко представил на выставке тематические картины, пейзаж, натюрморт, портрет, графические работы. В его полотнах нет сенсационности, обеспечивающей шумный, но порой недолгий успех. Художник изображает привычные земные мотивы, человека и природу в доступной восприятию реалистической манере. Чем же объяснить тот факт, что среди обильного потока выставок, представляющих авторов самыми разными творчески ми программами, живопись Петра Козорезенко остановила внимание коллег, полюбилась и запомнилась широкому зрителю, попала в круг культурных интересов. Очевидно, в современной непростой жизненной ситуации романтическо-повествовательный склад мышления автора оказался понятен и необходим эстетическому чувству зрителя. Уже и в этой мотивировке содержится объяснение профессионального признания и успеха. Но мы попытаемся сказать об этом подробнее.

Из всего созданного художником за двадцать лет выстраивается ряд произведений, в которых, наиболее ярко и последовательно раскрывается сокровенная авторская линия творчества.

Одна из постоянных тем — человек и природа, имеет богатую традицию в отечественной художественной культуре прошлых веков. Природа России как камертон русской жизни, атмосферы быта, ощущение в ней человека и передача его внутреннего состояния вдохновляли многих выдающихся художников. Достаточно вспомнить бытовой жанр ХVIII века и ландшафтный пейзаж живописи Василия Боровиковского, романтический пейзаж С. Щедрина, реалистический пейзаж мастеров второй половины XIX века. Со всей очевидностью можно сказать, что для П. Козорезенко заветы русской живописной школы первостепенны и особо значимы. При рассмотрении его работ возникает широкий спектр ассоциаций с чем-то уже виденным, пережитым в собственном эстетическом сознании. На память приходят картины Алексея Венецианова и его учеников — прежде всего Г. Сороки, художников начала века — В. Н. Мешкова, Н.П. Крымова. Присутствие таких ориентиров русской культуры нисколько не умаляет творческой индивидуальности П. Козорезенко. Важно то, каким образом он вводит в ранг эстетической значимости общепринятое, общеизвестное, общезнакомое. Чувственная сосредоточенность автора, реализованная в его полотнах, передается зрителю и побуждает его к длительному созерцанию, проникновению в образный мир, созданный, выстроенным, сочиненный воображением автора.

Сюжетная простота мотива одушевляется поэтическим воображением ("Вечереет", "Полдень", "У старой конюшни", "Вечерние заботы", "Пчелиная пора"). Точное живое наблюдение дополняется вымыслом. В натурных зарисовках возникают сочиненные архитектурные сооружения. Мгновенное впечатление оборачивается постоянством вечной красоты мира. Восприятие, направленное художником по, казалось бы, знакомому пути, приводит зрителя к новым эстетическим откровениям.

Особую роль в передаче эмоционального состояния играет свет. Не случайно художник наблюдает разное состояние в природе — "Угасающий день", "Догорающий день", "Полдень", "Сумерки". Иногда один и тот же мотив повторяется, каждый раз оживая в ином освещении в разное время суток. Резкие контрасты света к тени создают романтическое настроение в картинах "Полнолуние"'. "Ночь, перед Рождеством", театральности, как например, в картине "На пасеке".

Свет, то равномерно разлитый по всему полю картины, то контрастный, то теплый, предзакатный, то холодный, создает ощущение покоя и умиротворенности, уводит в идиллическое состояние созерцания и грусти. Эти оттенки эмоций возникают благодаря кулисной композиции глубинными прорывами в пространство, приближением изображения к раме картины. Все эти авторские приемы, адекватные поэтическому, иногда немного идеализированному осмыслению реального, достигают того особого качества живописной декоративности, которое ставит живопись Петра Козорезенко в особый ряд эстетических ценностей, в ряд коллекционных произведений.

Возвести простое, каждодневное в возвышенное, непреходящее, земное — в несколько отстраненное, увиденное со стороны, проявить созерцательное восторженное отношение к миру — все это удается Козорезенко в его лучших работах, представленных на выставке. И делает это он со свойственной ему открытостью и неподдельностью чувств.

Очертив одну из граней дарования Козорезенко, мы не вправе не сказать о его портретном мастерстве, где психологическая острота портретируемого возникает из точности живописного приема. Картины на историческую тему — это предмет особого разговора. Сам автор всегда был склонен к большой многофигурной композиции. Его картины — праздник "Сумалаки", "Сигнальные огни при набегах неприятеля'' свидетельствуют в пользу этой склонности. Повествовательная сущность сюжетов раскрывается в гармонии композиционного мастерства национального колорита живописного пафоса.

Хочется выделить триптих "Сон детства", в который автор вложил философское звучание, желая сказать, что из бесчисленных тайн, снов, мечтаний детства возникает многое из того, что потом составляет основу мироощущения.

За пределами нашего очерка осталась интереснейшая графика П. Козорезенко — иллюстрации к "Собору Парижской богоматери" Виктора Гюго, к повести Ивана Бунина "Деревня", к сказке Петра Ершова "Конек-Горбунок", акварели с видами старых русских городов. Иллюстрации к прозе Бунина, еще не "прочитанной" нашим графическим искусством — особая удача автора. И дело не только в найденности внешнего "видового" решения образа уходящей старой деревни (покосившаяся звонница и т. д.), а в адекватной философскому содержанию повести манере "акварельного письма", интонационно совпадающей с художественным словом Бунина.

Отбор сюжетов, мотивов и средств воплощения художественных образов раскрывают во всей полноте нам мироощущение Петра Козорезенко равно как и мир его художественных ценностей, представляют нам истинно русского по духу художника.

Л. КАЗАКОВА.